WWW.NEW.Z-PDF.RU
БИБЛИОТЕКА  БЕСПЛАТНЫХ  МАТЕРИАЛОВ - Онлайн ресурсы
 

«В ХУДОЖЕСТВЕННЫХ ТЕКСТАХ РУССКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ XIX-XXI ВВ. В статье дается лингвистический анализ эвфемизмов медицинской речи в текстах ...»

e.m. lалыгина

ХАРАКТЕРИСТИКА ЭВФЕМИЗМОВ МЕДИЦИНСКОЙ РЕЧИ

В ХУДОЖЕСТВЕННЫХ ТЕКСТАХ

РУССКОЙ ЛИТЕРАТУРЫ XIX-XXI ВВ .

В статье дается лингвистический анализ эвфемизмов

медицинской речи в текстах художественной литературы

XIX-XXI вв. Определяются способы образования медицинских эвфемизмов, прослеживаются особенности изменения

их состава и функционирования в речи врачей-персонажей в диахронии .

Явление эвфемизации представляет научный интерес, поскольку эвфемизмы употребляются во многих сферах языкового общения. Но в сфере медицинской речи их использование, несомненно, имеет свои особенности, обусловленные спецификой врачебной деятельности. Тема врача проходит через творчество многих писателей прошлого и настоящего. Прием эвфемизации используется ими как один из стилистических ресурсов русского языка .

При анализе соответствующих материалов следует учитывать особенности художественной речи. Принципом использования языка в художественной литературе является перевод слова-понятия средствами контекста в слово-образ .

Однако использование языка в эстетической функции не превращает его в какую-то новую субстанцию, не аннулирует его коммуникативной функции [1. С. 596]. Для ограниченных целей исследования, к которой относится и характеристика эвфемизации речи врачей, художественная литература является достаточно достоверным источником .

В качестве материала исследования были привлечены художественные тексты русской классической литературы XIX-XXI вв. И. Тургенева, М. Салтыкова-Щедрина, А. Чехова, З. Гиппиус, М. Булгакова, И. Ильфа и Е. Петрова, Е. Леонова, В. Каверина, В. Пановой, Ю. Крелина, В. Токаревой и многих других – всего более пятидесяти источников .

Эвфемизмы медицинской тематики анализируются в двух аспектах: 1) дается характеристика тематических групп заменяемых наименований; 2) эвфеМалыгина Е.Н., 2006 Малыгина Елена Николаевна – кафедра гуманитарных дисциплин Самарского медицинского института «РЕАВИЗ» .

Характеристика эвфемизмов медицинской речи 171 в художественных текстах русской литературы XIX-XXI вв .

мизмы внутри группы подвергаются лингвистическому обобщению, определяются способы образования эвфемизмов, решается вопрос о том, узуальными или окказиональными являются рассматриваемые эвфемизмы и как это проявляется в диахронии. Задачей настоящего исследования было проследить, существуют ли общие закономерности функционирования эвфемизмов в речи врачей, какова специфика эвфемизмов медицинской тематики в разные временные периоды .

В исследовании принимается широкое понимание эвфемизма как «слова или выражения, служащего в определенных условиях для замены таких обозначений, которые представляются говорящему нежелательными, не вполне вежливыми, слишком резкими» [2. С. 387; 3. С. 6; 4. С. 402], как «эмоционально нейтрального слова или выражения, употребляемого вместо синонимичных слов или выражений, представляющихся говорящему неприличными, грубыми или нетактичными» [5. С. 636] .

Языковой анализ эвфемизмов, употребляемых в речи врачей-персонажей художественной литературы XIX-XXI вв., показал, что выделяются, по крайней мере, восемь самостоятельных тем: 1) врачебная «ложь»; 2) тема смерти;

3) тема болезней, влекущих за собой смерть; 4) тема тяжелого состояния больного; 5) обозначения «стыдных» заболеваний; 6) тема «человеческого низа»;

7) тема физиологических процессов, обусловленных действием «человеческого низа»; 8) тема физических и психических недостатков .

1) Тактика врачебной «лжи» является достаточно часто встречающейся как в жизни, так и в художественной литературе. Тактика «лжи» сопровождает многие другие ситуации, требующие смягчения, эвфемизации. Врачам часто приходится скрывать правду, чтобы смягчить страшную информацию, не травмировать словами. Это касается, прежде всего, случаев, сопряженных со смертью, со смертельными болезнями. А.А. Реформатский замечал: медицинские работники «часто прибегают к латинским названиям болезней (заменяют русские слова латинскими синонимами)». Так, например, врач, желая скрыть опасный диагноз, говорит пациенту: «У вас не рак, а канцер» [6. С. 106] .

Некоторые лингвисты противопоставляют ложь, заведомую дезинформацию, с одной стороны, и эвфемию – с другой стороны. В.П. Москвин пишет:

«Один и тот же прием, – например, замена одного наименования другим, выражающим меньшую степень интенсивности признака, – может быть использован как с целью смягчить выражение (напр., полный вм. толстый), так и с целью обмана (чернобыльская авария вм. чернобыльская катастрофа)»

[3. С. 14-15]. По мысли ученого, эвфемия и дезинформация (ложь) противопоставлены функционально (по своей коммуникативной цели). Однако Е.П. Сеничкина предлагает не вводить в теорию эвфемии противопоставление понятий эвфемии и лжи (дезинформации), поскольку ложь сопровождает многие эвфемизмы русского языка и «на практике понятия вуалирующий и дезинВестник СамГУ. 2006. №10/2 (50) формирующий эвфемизм не противопоставляются, являясь контекстуальными синонимами» [7. С. 73]. Ср. примеры эвфемизмов, косвенно именующих психиатрическую лечебницу – «сумасшедший дом»: – Вы находитесь, – спокойно заговорил врач, присаживаясь на белый табурет на блестящей ноге, – не в сумасшедшем доме, а в клинике, где вас никто не станет задерживать, если в этом нет надобности (Булгаков. Мастер и Маргарита); – Это у вас бред,

– ласково сказала докторша, – вы в лечебнице, мы вас вылечим (Ильф, Петров. Золотой теленок). Заметим: врачи употребляют слова-гиперонимы (клиника, лечебница), никак не называя специализацию данных лечебных учреждений .

Использование не только тактики «лжи», обмана может быть не только вызвано этическими и моральными причинами, но и обусловлено неблаговидными интересами. Напр.: Знаменитый доктор объявил княгине (чувство приличия подсказало это), что ему нужно видеть еще раз больную [молодую княжну]. «Как! еще раз осматривать!» – с ужасом воскликнула мать. «О нет, мне некоторые подробности, княгиня» (Л. Толстой. Анна Каренина). Врач настаивает на повторном осмотре молодой княжны не для уточнения диагноза, а для того, чтобы еще раз созерцать полуобнаженную красавицу .

2) Однако чаще в речи врачей ложь обусловлена запретом на произнесение прямого наименования смерти. Эвфемизация слов и сочетаний, обозначающих смерть, является высокочастотной и свойственна человечеству на протяжении всей истории. Эта тема является ключевой и в русской классической литературе. Достаточно вспомнить драматические диалоги о смерти Базарова в «Отцах и детях» И. Тургенева; многочисленны примеры эвфемизации в творчестве А. Чехова .

Что касается проблемы наименования смерти в речи врачей, то здесь следует различать эвфемизмы, обозначающие естественную смерть больного, и смерть больного, сопряженную с врачебными действиями, случаи, при которых больной получал медицинскую помощь, но она оказалась недостаточной, когда больной умирает по вине врачей. В последнем случае в русском дискурсе употребляют узуальный эвфемизм потерять (кого-либо).

Врачи говорят:

«Мы теряем больного» .

В основе переносного значения потерять больного лежит металепсис (вид метонимии, состоящий в переносе имени с одной ситуации на другую, связанную с первой отношениями сопровождения, следования или причинноследственными отношениями) [3. С. 31]. В анализируемом случае – это отношения причинно-следственные: врачи допустили ошибку в ходе лечения пациента, в результате которой человек умер. [Главный врач говорит хирургам:]

– Как это – не теряли? Больного вы потеряли. В глазах всего персонала и больных метод дискредитирован полностью (Крелин. Всего полгода). Узуальный эвфемизм потерять употребляется в речи врачей на протяжении всего ХХ в. См. пример, относящийся к первой половине ХХ в.: – Иван Арнольдович, Характеристика эвфемизмов медицинской речи 173 в художественных текстах русской литературы XIX-XXI вв .

самый важный момент – когда я войду в турецкое седло. Мгновенно, умоляю вас, подайте отросток и тут же шить. Если там у меня начнет кровить, потеряем время и пса потеряем (Булгаков. Собачье сердце). См. также пример эвфемизма из речи врача периода Великой Отечественной войны: – Ну, чего тут время терять, каждому врачу ясно, гнилостный процесс развивается – необратимое явление, надо поскорее ампутировать, не потерять бы раненого (Геллер. Во имя жизни) .

Если смерть больного неизбежна и не сопряжена с медицинским вмешательством, врачи употребляют другие узуальные эвфемизмы: не станет (коголибо); настанет конец; все; все идет к концу и т.п. См. пример просторечного эвфемизма отдавать концы: Его ладонь была теплая, а ее руки – холодные, потому что в связи с внутренним кровотечением у нее нарушилось давление, и она в прямом смысле отдавала концы, холодея именно с концов – рук и ног (Токарева. Ничего особенного). Пример из рассказа В. Токаревой осложнен языковой игрой, каламбуром .

В художественных текстах запечатлены также окказиональные заместители, иногда – с грубой стилистической окраской. Напр.: – Да как же. Денька два-три протянет, а потом – шабаш! – Доктор делает многозначительный жест рукою и вполголоса мурлыкает: «Кувырком, кувырком, ку-выр-ком по-летит!» (Салтыков-Щедрин. Господа Головлевы). Пример содержит не только эвфемизмы, но и параэвфемию (многозначительный жест рукою) .

3) Следующей по частотности и актуальности в речи врачей является эвфемизация в ситуации тяжелых, почти неизлечимых болезней (в XIX в. – чаще всего туберкулеза, со второй половины ХХ в. – рака). См. пример эвфемизации диагноза туберкулеза: И тотчас же я воображаю, как товарищ [доктор], выслушав меня, отойдет молча к окну, подумает, потом обернется ко мне и, стараясь, чтобы я не прочел на его лице правды, скажет равнодушным тоном: «Пока не вижу ничего особенного, но все-таки, коллега, я советовал бы вам прекратить занятия…» (Чехов. Скучная история). Ср.: [Женщина-врач говорит своему коллеге о муже:] – От него же скрывают, что рак, говорят «язва» (Крелин. Суета); Сказали ему, что надо оперировать. Сказали ей. Ей – «язва кровоточит». Ему – «как бы рак там не оказался» (Крелин. Хочу, чтобы меня любили). А.И. Солженицын описал правила общения врачейонкологов во время обхода больных: «Нельзя было на обходе и высказать, назвать все прямо, как оно есть, и потому понятно договориться друг с другом .

Здесь даже нельзя было ни о ком сказать, что состояние ухудшилось, разве только: “процесс несколько обострился”. Здесь все называлось полунамеком... Чтобы все-таки понимать друг друга, разрешалось говорить такое, как “расширена тень средостения”, “тимпонит”, “случай не резектабельный”, “не исключен летальный исход” (а значило: как бы не умер на столе) (Раковый корпус); – Да там не было ни одного метастаза. И опухоль не так Вестник СамГУ. 2006. №10/2 (50) чтобы большая (Крелин. Риск); Короткие, только посвященным понятные латинские термины. Предполагаемый онкологический диагноз скрывается особенно тщательно. Даже латинское чересчур известное «канцер» заменяется каким-нибудь дежурным эвфемизмом. Больной не должен знать о тяжести своего состояния, бередить себя мыслями о смерти (Грекова. Перелом) .

Если сопоставить узуальные эвфемизмы, обозначающие рак в речи врачей, с эвфемизмами, называющими это заболевание в речи больных, то окажется, что они различны. См., напр.: [О раковой опухоли] Кусая усы, он спросил, могло ли это произойти от удара (Леонов. Дорога на Океан). В качестве эвфемизма употреблен местоименный субстантиват с «расплывчатой семантикой» .

Больной словно страшится быть определенным в номинации. В речи врачей нет такой семантической неопределенности. Эвфемизмы медицинской речи по преимуществу являются иноязычными словами или словами с обобщенной семантикой .

Эвфемистические обозначения рака со временем становятся известны больным и их родственникам. На смену этим обозначениям приходят новые средства смягчения, зашифровки. Так, в настоящее время рак именуется латинским названием (canzer); в сокращении – С-r. Попутно заметим, что для письменной медицинской речи характерно явление параэвфемии, при котором для обозначения заболевания, его стадии или отдельных симптомов прибегают к шифровке, к использованию специальных числовых шифров, графических символов. Напр., Н-90.3 – тугоухость; Н-91.3 – глухота; Н-74.1 – отосклероз;

IV – стадия неоперабельного рака; красная черта по диагонали листа – «этот пациент является ВИЧ-инфицированным» .

4) Близкой к предыдущей является группа эвфемизмов, обозначающих крайне тяжелое, предсмертное состояние больного. Вместо прямой номинации употребляют прилагательные с переносным значением; в основе переноса лежит метафора тяжести, трудности. См. узуальные эвфемизмы XIX-XX вв.:

Доктор приезжал беспрестанно, интересуясь, опять-таки как молодой человек, трудным больным [вм. умирающим] (Тургенев. Накануне); – Надежда всегда есть. Но он очень тяжелый, ничего не могу вам сказать (Крелин. Хирург); С утра узнала, что Максимова – самая тяжелая больная в отделении, инфарктница, мать троих детей, – как будто (тьфу-тьфу!) выкарабкивается... (Грекова. Перелом) .

5) Лингвистический анализ эвфемизмов в художественных текстах XIXXXI вв., а также замещающих наименований в речи врачей показывает, что проблема эвфемизации остается актуальной и поныне, когда речь идет о смерти, опасных или так называемых стыдных заболеваниях, которые или приобретены в результате человеческих пороков, в том числе безнравственного поведения, или относятся к болезням «человеческого низа» – гинекологическим, урологическим, или вызваны нечистотой. Так, регулярно подвергаются эвфеХарактеристика эвфемизмов медицинской речи 175 в художественных текстах русской литературы XIX-XXI вв .

мистической шифровке наименования венерических болезней. Напр.: После нее пришел старик с дурной болезнью (Чехов. Неприятность); Находит и пишет в книге: «Lues III», потом спрашивает, не давал ли ему для лечения черную мазь (Булгаков. Записки юного врача); – Вот что, – сказал я, – видите ли... Гм... По-видимому... Впрочем, даже наверно... У вас, видите ли, нехорошая болезнь – сифилис (Там же). Реплики врачей-персонажей художественной литературы содержат как узуальные, так и окказиональные эвфемизмы названной тематической группы .

6) Менее частотной является тема «человеческого низа». Узуальные медицинские обозначения «человеческого низа» (ягодицы, половые органы и т.п.) в речи врачей-персонажей русской классической литературы не обнаружены. В художественных текстах употребляются только окказиональные эвфемизмы этой тематической группы. Напр.: Ноги растут из того места, ради которого природа березу придумала (Чехов. Краткая анатомия человека); Ректоскопию делаю – там рак. Ближе к выходу (Крелин. Хочу, чтобы меня любили) .

См. пример окказионального эвфемизма, заменяющего прямое наименование половых органов: [Хирург говорит пациенту:] –... В результате кровь плохо поступала к нижней половине тела: к ногам и другим органам ниже пояса (Крелин. Суета) .

Заметим, что для русского дискурса прямая номинация «человеческого низа» всегда находилась под строгим запретом. Прямые наименования половых органов табуировались. Эвфемизмы данной тематической группы являются эвфемизмами в узком понимании слова [8. С. 345], это эвфемизмы-табуизмы .

Можно предположить, что жесткий запрет на прямое наименование обусловил авторские предпочтения: писатели, касаясь одной из запретных тем, употребляют окказиональные эвфемизмы, которые обладают наибольшей эвфемистической значимостью .

7) Эвфемизация темы обозначения некоторых интимных физиологических процессов и состояний была актуальной в русской речи на протяжении многих веков. В частности, она представлена и в художественных текстах XIX – начала ХХ вв. Напр.: – Знаю-с, знаю, – сказал доктор, улыбаясь, – я сам семейный человек; но мы, мужья, в эти минуты самые жалкие люди. У меня есть пациентка, так ее муж при этом всегда убегает в конюшню [вм. во время родов] (Л. Толстой. Анна Каренина); Но я, дорожа здоровьем жены и плода любви своей несчастной (читатель, конечно, уже догадался, что жена моя была в интересном положении)... (Чехов. Задача). Заметим, что эвфемистической зашифровке подвергаются наименования беременности и родов только в речи врачей-персонажей XIX в. Эвфемизмы этой тематической группы в русской литературе ХХ в. в речи врачей заменяют только прямые наименования результатов физиологических процессов. Напр.: Собаке делает морфий (вначале он не знал, что собак после этого надо прогуливать), и она леВестник СамГУ. 2006. №10/2 (50) жит к столу привязанная и бьет хвостом по собственным испражнениям (Крелин. Риск); [Женщина-фельдшер говорит врачу:] – Аппетит хороший, – сказала Фаина. – Стул нормальный (Панова. Попутчики). С точки зрения языкового выражения наименования указанной тематической группы представлены в виде как языковых (профессиональных), так и окказиональных эвфемизмов .

В настоящее время снижение употребительности эвфемизмов, обозначающих физиологические процессы и состояния, свидетельствует об общей тенденции к огрублению современной русской речи. Эта тенденция отмечается многими исследователями, в частности. Л.П. Крысиным, В.Г. Костомаровым .

Происходят изменения в нормативном статусе ряда слов. Слова, обозначающие некоторые физиологические процессы (беременность, роды), понятия из сферы отношений полов, раньше имели чрезвычайно ограниченные рамки употребления и в неспециальной речи заменялись эвфемизмами. Теперь же они не являются столь запретными и способны фигурировать в письменных текстах, рассчитанных на массового адресата [2. С. 384-385; 3. C. 247] .

8) Подвергается эвфемизации тема физических и психических недостатков и отклонений. Лингвистический анализ эвфемизмов названной тематической группы показал, что многие из них представляют собой не специфическую медицинскую номинацию, а разговорную – номинацию «от противного», содержат отрицание или являются гиперонимом. Напр., о патологии в работе какихлибо органов говорится: – Печенки, – говорит [доктор], – не того. Что-то в них там не того, ваше превосходительство (Чехов. Разговор); – Сердце не солидно (Гиппиус); – Знаете ли... матушку вашу, по-видимому, придется оперировать. Сердце не очень... (Крелин. Что же делать?). См. пример эвфемизации гинекологического заболевания: Хорошо, Мариночка, бог с тобой. Но ты должна знать, что главным образом твое заболевание не аппендицит. Наши воспаления надо лечить как следует (Крелин. Заявление) .

Психические отклонения и заболевания издавна относились к «щекотливой» теме, и их обозначения подвергались эвфемизации. В нашем хронологически разнородном материале устойчиво фиксируется узуальный эвфемизм со стертой эвфемистической функцией душевная болезнь. Напр.: Доктора сказали, что у Федора душевная болезнь (Чехов. Три года);... самые трудные и непонятные во всей медицине, почти как душевные болезни (Крелин. Исповедь падшего); – Как у вас с наследственностью? – продолжал профессор. – Были ли в вашей семье или семье вашего мужа случаи душевных заболеваний?

(Грекова. Перелом). Однако художественные тексты ХХ-XXI вв. содержат не только узуальные, но и окказиональные эвфемизмы подобного рода, что связано, вероятно, с эстетическим заданием художественного текста. Например, окказиональные обозначения психически больных употребляются в романах М. Булгакова, И. Ильфа и Е. Петрова. Известно, что в литературоведении прозу этих писателей относят к орнаментальной. А орнаментальной прозе свойстХарактеристика эвфемизмов медицинской речи 177 в художественных текстах русской литературы XIX-XXI вв .

венен повышенный интерес к художественной детали, украшающей (орнаментальной) функции художественного текста, языковой игре. Эвфемистическое обозначение психических больных выражает здесь иронию, передает контрфактивную пресуппозицию высказывания, которую описательно можно представить как ‘и это неправильно’: Весь день и большую часть ночи четверо больных с неправильным поведением резались в «шестьдесят шесть» без двадцати и сорока, игру хитрую, требующую самообладания, смекалки, чистоты духа и ясности мышления (Ильф, Петров. Золотой теленок). Ср. пример окказионального эвфемизма названной тематики из современного детектива:

В этом году исполняется ровно 55 лет, как я в психиатрии. Неужели вы думаете, что мне нужно объяснять подобные вещи? Да ни боже мой! Быть сыном человека, которому выставлен серьезный диагноз из нашей сферы, – мало приятного, а уж быть сыном убийцы – и того хуже (Маринина. Пружина для мышеловки). Здесь, с одной стороны, врач скрывает диагноз, психическое заболевание; с другой стороны, такое сокрытие входит в общую атмосферу загадки, неясности, таинственности, свойственной жанру детектива в целом .

Обобщая вышесказанное и подводя итог лингвистическому анализу эвфемизмов медицинской речи в художественных текстах русской литературы XIX-XXI вв., заметим, что замещающие наименования, употребляемые писателями XIX в., функционально менее разнообразны, не отягощены эстетическим заданием. В плане языкового выражения узуальные эвфемизмы несколько преобладают над окказиональными .

Двадцатый век принес в художественную литературу моду на языковой эксперимент, языковую игру. Эвфемизмы в речи врачей-персонажей оказываются вовлеченными в этот процесс .

С середины ХХ в. происходит некоторое перераспределение состава внутри тематических групп эвфемизмов .

В целом изучение эвфемизмов медицинской речи в художественных текстах русской литературы XIX-XXI вв. дает лингвистической науке новые интересные данные .

Библиографический список

1. Стилистический энциклопедический словарь русского языка / под ред .

М.Н. Кожиной. – М.: Флинта: Наука, 2003. – 696 с .

2. Крысин, Л.П. Эвфемизмы в современной русской речи / Л.П. Крысин // Русский язык конца ХХ столетия (1985-1995). – М., 1996. – С. 384-407 .

3. Москвин, В.П. Эвфемизмы в лексической системе современного русского языка:

учеб. пособие к спецкурсу / В.П. Москвин. – Волгоград: Перемена, 1999. – 59 с .

4. Шмелев, Д.Н. Эвфемизмы / Д.Н. Шмелев // Русский язык: энциклопедия / под ред. Ф.П. Филина. – М.: Советская энциклопедия, 1979. – 432 с .

Вестник СамГУ. 2006. №10/2 (50)

5. Арапова, Н.С. Эвфемизм / Н.С. Арапова // Русский язык: энциклопедия / под ред .

Ю.Н. Караулова. – М.: Научное издательство «Большая Российская энциклопедия», 2003. – 704 с .

6. Реформатский, А.А. Табу и эвфемизмы / А.А. Реформатский // Реформатский, А.А. Введение в языковедение / под ред. В.А. Виноградова. – М.: Высшая школа, 1997. – 536 с .

7. Сеничкина, Е.П. Эвфемизмы русского языка: спецкурс: учеб. пособие / Е.П. Сеничкина. – М.: Высшая школа, 2006. – 151 с .

8. Варбот, Ж.Ж. Табу / Ж.Ж. Варбот // Русский язык: энциклопедия / под ред .

Ф.П. Филина. – М.: Советская энциклопедия, 1979. – 432 с .

9. Костомаров, В.Г. Языковой вкус эпохи. Из наблюдений над речевой практикой масс-медиа / В.Г. Костомаров. – 3-е изд., испр. и доп. – СПб.: Златоуст, 1999. – 320 с.

Похожие работы:

«КАЗАНИН КОНСТАНТИН СЕРГЕЕВИЧ ХИРУРГИЧЕСКОЕ ЛЕЧЕНИЕ ПЕРЕЛОМОВ ПЛЮСНЕВЫХ КОСТЕЙ (клинико-экспериментальное исследование) 14.00.27 – Хирургия 14.00.22 – Травматология и ортопедия АВТОРЕФЕРАТ Диссертация на соискание уч...»

«Государственное образовательное учреждение высшего профессионального образования НИЖЕГОРОДСКАЯ ГОСУДАРСТВЕННАЯ МЕДИЦИНСКАЯ АКАДЕМИЯ Российского федерального агентства здравоохранения и социального развития Фармацевтический факультет Кафедра фармацевтической химии и фармакогнозии Ана...»

«НАУЧНЫЕ ВЕДОМОСТИ Серия Медицина. Фармация. 2012. № 4 (123). Выпуск 17 _ УДК 616.24-053.2+615.33 ОЦЕНКА ЭФФЕКТИВНОСТИ СУЛЬМОВЕРА (СУЛЬПЕРАЗОН/СУЛЬБАКТАМ) В ЛЕЧЕНИИ ОСТРЫХ ВНЕБОЛЬНИЧНЫХ ПНЕВМОНИЙ У ДЕТЕЙ СТАРШЕГО ВОЗРАСТА Острая внебольничная пневмония (ВП) по-прежнему ост...»

«ФЕДЕРАЛЬНОЕ ГОСУДАРСТВЕННОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ ВЫСШЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ "БЕЛГОРОДСКИЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ НАЦИОНАЛЬНЫЙ ИССЛЕДОВАТЕЛЬСКИЙ УНИВЕРСИТЕТ" (НИУ "БелГУ") МЕДИЦИНСКИЙ ИНСТИТУТ МЕДИЦИНСКИЙ КОЛ...»

«МОЙСЕВ ПАВЕЛ НУКЗАРОВИЧ КЛИНИКО-ЭКСПЕРИМЕНТАЛЬНОЕ ОБОСНОВАНИЕ ПРИМЕНЕНИЯ ЭКЗОГЕННОГО МОНООКСИДА АЗОТА В САНАЦИИ ЖЕЛЧНОГО ПУЗЫРЯ ПРИ ХИРУРГИЧЕСКОМ ЛЕЧЕНИИ ОСТРОГО ХОЛЕЦИСТИТА У БОЛЬНЫХ...»

«Всероссийское научное общество кардиологов Диагностика и лечение больных острым инфарктом миокарда с подъемом сегмента ST электрокардиограммы Российские рекомендации Разработаны Комитетом экспертов Всероссийского научного общества кардиологов Москва 2007 Глубокоуважаемые коллеги...»

«ГОСУДАРСТВЕННОЕ БЮДЖЕТНОЕ ОБРАЗОВАТЕЛЬНОЕ УЧРЕЖДЕНИЕ СРЕДНЕГО ПРОФЕССИОНАЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ РОСТОВСКОЙ ОБЛАСТИ "ШАХТИНСКИЙ МЕДИЦИНСКИЙ КОЛЛЕДЖ им. Г.В. КУЗНЕЦОВОЙ" (ГБОУСПОРО "ШМК") РАБОЧАЯ ПРО...»

«ISSN 2079-8334. Світ медицини та біології. 2014. № 2(44) 5. Пастух М. Б. Ультраструктурні зміни МЦР в сім’яниках пацюків при хронічній алкогольній інтоксикації та після корегуючої кровотік операції / М.Б. Пастух // Актуальні питанн...»

















 
2018 www.new.z-pdf.ru - «Библиотека бесплатных материалов - онлайн ресурсы»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 2-3 рабочих дней удалим его.